10 цитат из писем и дневников исаака бабеля

О женщинах в Красной армии

Женщины-красноармейцы. Харьков, 1919 год

Бабель был весьма женолюбив, но ко всем своим женам и подругам относился рыцарски. В походе он с содроганием наблюдает, как ведут себя казаки: при вступлении в каждое новое местечко солдаты насилуют все женское население, они поголовно больны сифилисом, от которого лечатся толченым стеклом и карболкой. Одна из сквозных тем его дневника — судьба армейских медсе­стер, которые вынуждены жить со всяким желающим (хотя некоторые из них и не против — такова революционная сексуальная мораль). Во фрон­товом очерке, опубликованном в 1920 году в газете «Красный кавалерист», Бабель в очень смягченном и завуалированном виде поднимает этот вопрос, благоговейно описывая медсестру, которая скачет под дождем по лип­кой грязи, не защищенная от пронизывающего холода даже шинелью, на соб­ственноручно взнузданном коне. Под обстрелом она перевязывает раненых и на своих плечах выносит их из боя. Но на постое никто не подстелет ей со­ломы и не приладит подушку. В ответ на похабную песню сестра тихонько мурлыкает свою — «о смерти за рево­люцию, о лучшей нашей будущей доле», и бойцы начинают ей под­певать. «Шапку долой перед сестра­ми! — призывает Бабель в заключе­ние. — Бойцы и командиры, уважайте сестер. Надо, наконец, сделать различие между обозными феями, позорящими нашу армию, и муче­ницами-сестрами, украшающими ее». В реальности, как показывает его днев­ник, мученицы и «феи» были одними и теми же людьми.

Но это идиш, а «одесский язык Бабеля» ведь гораздо богаче.

— Бабелевский язык использует не только заимствования из идиша, но и украинского. Беня говорит «чи мине здается», перефразируя нормативное украинское «чи мені здається». Он просит «отчини нам кассу», имея в виду украинское «відчини». Он предлагает «тикать с конторы», ретранслируя украинское «тікати», убегать. В приглашении «зайди к нам на двор» звучит бесспорное украинское «на двір». Вопль о спасении «ратуйте, люди» или ласковое обращение «я пришел до вас, как до родной мамы» также восходят к чисто украинским «рятуйте» и «як до рідної мами». В других случаях одесситы используют украинские слова, вставляя их в синтаксически правильную русскую речь: «прочь, галота» — от украинского «голота» (беднота, шантрапа). Фроим Грач спрашивает приезжего следователя: «С кем ты останешься, со смитьем?» — имея в виду украинское «сміття», «мусор», «отбросы». Интересно, что и сам рассказчик говорит на таком же украинско-русско-еврейском языке. Он предлагает собеседнику нечто уразуметь: «обнимите умом», вероятно, используя украинское идиоматическое «осягнути мозком», — подчеркивает Дмитрий Жданов.

Парижский вояж

В 1932 году, после многочисленных просьб, ему было разрешено посетить его жену Евгению в Париже. Во время посещения своей жены и их дочери Натали писатель мучился вопросом о том, стоит ли возвращаться в советскую Россию или же нет. В разговорах и письмах к друзьям он выразил стремление быть «свободным человеком», а также выражал страх, что больше не сможет зарабатывать на жизнь исключительно писательским трудом. 27 июля 1933 года Бабель написал письмо Юрию Анненкову, заявив, что его зачем-то вызвали в Москву.

После возвращения в Россию Бабель решил съехаться с Пирожковой, вступив с ней в гражданский брак, который привел к появлению дочери Лидии. Он также сотрудничал с Сергеем Эйзенштейном, совместно работая над фильмом о Павлике Морозове, ребенке-информаторе советской тайной полиции. Бабель также работал над сценариями нескольких других сталинских пропагандистских фильмов.

Книги

Первое произведение «Старый Шлойме» Исаак Бабель опубликовал еще в годы учебы, в 1913 году. В коротком рассказе лаконично описана трагедия старого полубезумного еврея, который кончает с собой, не выдержав решения сына креститься. В дальнейшем еврейская тема станет основным мотивом творчества Бабеля, хотя он и редко напрямую затрагивал вопросы иудаизма.

Писатель Исаак Бабель

В 1916 году Исаак, поняв, что хочет продолжать заниматься писательским делом, уехал в Петроград, где поступил в Петроградский психоневрологический институт, причем сразу на 4-й курс юридического факультета. Это образование он, впрочем, так и не завершил.

Сам Бабель писал, что в городе он находился нелегально. Действительно, евреям в то время было запрещено проживать в крупных городах за пределами черты оседлости. Однако исследователи позже нашли документ петроградской полиции, согласно которому Исаак Бабель имел право находиться в столице на время учебы в вузе.

Портрет Исаака Бабеля

В этот период начинающий писатель познакомился с Максимом Горьким. Тот, заинтересовавшись талантом Исаака, взял на публикацию в журнале «Летопись» его рассказы «Элья Исаакович и Маргарита Прокофьевна» и «Мама, Римма и Алла»

Внимание к молодому таланту привлечь удалось – вот только не то, которое хотелось бы. Содержание рассказов расценили как сомнительное, а самому Бабелю грозил суд за порнографию

Спасла писателя революция 1917 года.

В 1918 году Бабель, успев повоевать в Первой мировой войне и дезертировав оттуда, вернулся в Петроград и устроился в иностранный отдел ЧК на должность переводчика. В этот период биографии его печатали в «Новой жизни», а в 1920 году Исааку удалось стать участником Гражданской войны. За молодого писателя поручился Михаил Кольцов, и Бабель в качестве военкора отправился в 1-ю Конную Армию.

Семен Буденный и Исаак Бабель (крайний справа)

Там Исаак служил под началом Семена Михайловича Буденного. Сохранилось даже фото, где в одном кадре находятся великий военачальник и будущий великий писатель. Чтобы воевать с оружием в руках, пришлось идти на уловки: секретарь одесского областного комитета Сергей Ингулов выправил Бабелю документы на имя Кирилла Васильевича Лютова, русского по национальности.

Воспоминания об этом времени легли в основу едва ли не самого популярного в СССР произведения Бабеля – сборника рассказов «Конармия». Публикация «Конармии» началась в 1920 году, сначала в форме «Конармейского дневника» — записках, которые Бабель вел во время службы. И сразу же после выхода книги в печать она стала объектом нешуточных дискуссий.

Исаак Бабель и Сергей Эйзенштейн

Причина неоднозначного восприятия творчества Исаака Эммануиловича заключалась в том, что его проза была мало похожа на типичные красноармейские агитки времен Гражданской войны. Ярким примером этому служат рассказы «Соль» и «Письмо», честно описывающие, насколько размываются в войну незыблемые, казалось бы, морально-этические установки: солдаты жестоко убивают женщину, отец режет сына, сын казнит отца.

Откровенность Бабеля и его нежелание приукрашивать правду, сколь бы кровавой она не была, оценили коллеги по писательскому цеху. Колоссальный успех ждал «Конармию» и на Западе. А вот правительству и военным «Конармия» не понравилась категорически: Семен Буденный и Климент Ворошилов нашли рассказы возмутительными. От опалы писателя спасла дружба с Максимом Горьким, который рьяно отстаивал перед сильными мира сего творчество Исаака.

Александр Довженко и Исаак Бабель

В середине 1920-х Бабель начал работать над вторым своим большим трудом, циклом «Одесские рассказы», подарившем читателю литературную версию бандита Мишки Япончика – Беню Крика. Чтобы достоверно описать задуманное, писатель решил полностью погрузиться в атмосферу рассказов.

Для этого Бабель снял на Молдованке комнатку у старика-еврея, который помогал бандитам в качестве наводчика. Вторым источником информации стали официальные органы: Исаака Эммануиловича допустили к ознакомлению с материалами уголовного розыска.

Юрий Шумский в роли Бени Крика

Впоследствии яркость образов «Одесских рассказов» стала причиной неоднократных экранизаций истории Крика-Япончика: от немого фильма 1926 года до мюзикла, снятого в 1989 году.

В 1928 году Бабель выпустил пьесу «Закат», поставленную 2 театрами, а в 1935-м опубликовал пьесу «Мария». Роман «Великая Криница» и повесть «Еврейка» дописать не удалось – помешали арест и расстрел автора.

Казнь

Со дня своего ареста Исаак Бабель стал невостребован в Советском Союзе, его имя было уничтожено, изъято из литературных словарей и энциклопедий, вычеркнуто из школьных и университетских учебников. Он стал неприемлемым в любой публике. Когда в следующем году состоялась премьера знаменитого режиссера Марка Донского, имя Бабеля, который работал над сценарием, было убрано с финальных титров.

Согласно досье Бабеля, писатель провел на Лубянке и в Бутырской тюрьме в общей сложности восемь месяцев, когда против него фабриковалось уголовное дело за троцкизм, терроризм и шпионаж в пользу Австрии и Франции. В начале допросов Бабель категорически отрицал любые проступки, но затем через три дня внезапно «признался» во всем, что ему вменял следователь, и назвал многих людей в качестве созаговорщиков. По всей видимости, его пытали, почти наверняка избивали. Среди следователей, работавших над его делом, были Борис Родос, который имел репутацию особо жестокого мучителя, даже по меркам того времени, и Лев Шварцманн, который в свое время пытал известного театрального режиссера Всеволода Мейерхольда. Среди тех, кого Бабель «обвинял» в заговоре с ним, были его близкие друзья Сергей Эйзенштейн, Соломон Михоэлс и Илья Эренбург.

Несмотря на месяцы молитв и писания писем, адресованных лично Берии, Бабелю было отказано в доступе к его неопубликованным рукописям. В октябре 1939 года Бабель снова был вызван на допрос и отрицал все свои предыдущие показания. Было записано заявление: «Я прошу в расследовании учесть, что в тюрьме я все-таки совершил преступление — я оклеветал несколько человек». Это привело к дальнейшим задержаниям, поскольку руководство НКВД было очень заинтересовано в сохранении дел против Михоэлса, Эренбурга и Эйзенштейна.

16 января 1940 года Берия представил Сталину список 457 «врагов партии и советской власти», которые находились под стражей, с рекомендацией расстрелять 346, включая Исаака Бабеля. Согласно позднейшим показаниям дочери Бабеля, Натали Бабель-Браун, его судебное разбирательство состоялось 26 января 1940 года в одном из частных залов Лаврентия Берии. Оно продолжалось около двадцати минут. Приговор был подготовлен заранее без какой-либо двусмысленности: казнь через расстрел, который должен быть осуществлен немедленно. Он расстрелян в 1.30 ночи 27 января 1940 года.

Последние записанные слова Бабеля в процессе были: «Я невиновен. Я никогда не был шпионом. Я никогда не допускал никаких действий против Советского Союза. Я обвинил себя ложно. Я был вынужден сделать ложные обвинения против себя и других… Я прошу только об одном — позвольте мне закончить работу». Его расстреляли на следующий день, и его тело было брошено в общую могилу. Вся эта информация была раскрыта лишь в начале 1990-х годов.

По словам Саймона Себага Монтефиора, пепел Бабеля был похоронен с прахом Николая Ежова и нескольких других жертв Большой чистки в братской могиле на Донском кладбище. После распада Советского Союза там была размещена мемориальная доска, на которой написано: «Здесь погребены останки невинных, замученных и казненных жертв политических репрессий. Пусть их вечно помнят». Могила Евгении Ежовой, совершившей самоубийство в психиатрическом учреждении, находится менее чем в двадцати шагах от могилы ее бывшего любовника.

Согласно более ранней официальной советской версии, Исаак Бабель умер в ГУЛАГе 17 марта 1941 года. Петр Константин, который перевел все письма Бабеля на английский язык, описал казнь писателя как «одну из величайших трагедий литературы 20-го века». Произведения Исаака Бабеля до сих пор популярны как в странах бывшего СССР, так и на Западе.

Подробнее

Знаменитый писатель и переводчик Исаак Бабель родился в 1894 году 30 июня (по старинному календарю) в Одессе в семье купца. Дату своего рождения драматург показал в автобиографии. Отец Исаака Эммануил Бабель был хозяином небольшой лавки по продаже аграрных инструментов. Через год после рождения драматурга семейство переселилось в Николаев. В 9 лет драматург прошел все этапы устного экзамена по поступлению в коммерческое училище имени Витте. Несмотря на отличную оценку, Исаака не приняли в училище. Спустя год после повторной сдачи экзамена писателя приняли в училище. Во время учебы кроме школьных предметов, драматург осваивал древнееврейский язык.

В 1911 году советский журналист получил документ о завершении обучения в учебном заведении и зачислился в институт коммерции в Киеве на факультет экономики.  В 1917 году драматург удачно завершил учебу в институте. Во время учебы он написал небольшое повествование «Старый Шлойме», напечатанное в издательстве «Огни». В 1913 году переводчик завел знакомство с Евгенией Гронфайн. Она была дочкой состоятельного человека. Спустя 6 лет Бабель узаконил отношения с Евгенией. В 1916 году писатель познакомился с Максимом Горьким. Максим издал в издательстве «Летопись» некоторые повествования Бабеля. За опубликованные рассказы журналиста обвинили в порнографии и кощунстве.

К концу 1917 года драматург прошел службу в тылу в Румынии. Спустя год Бабель стал переводчиком в ЧК, далее в Наркомпросе. В 1920 году по назначению Михаила Кольцова драматурга приняли в Конное Войско под псевдонимом Кирилл Лютов. В армии он был политическим работником и корреспондентом. В Конном войске Исаак стал участником войны между Советским Союзом и Польшей. Во время участия в войне драматург вел записи, которые потом стали сборником повествований «Конармия».  Позже драматург работал в качестве редактора в комитете Одесской губернии.

В 1924 году в журналах «Красная кровь» и «Леф» было опубликовано несколько повествований, включенных в сборники «Одесские рассказы» и «Конармия»

После выхода нескольких произведений критики стали обращать внимание на творчество Бабеля. Произведение «Конармия» подверглось резкой критике

Буденный увидел в сборнике клевету на армию.

В 1939 году 15 мая драматурга арестовали по предъявлению обвинения в заговоре с террористическим обществом и шпионаже. Во время допросов Исаак подвергался жесточайшим пыткам. После многочисленных допросов, военная коллегия вынесла приговор, и Бабель был осужден к расстрелу. Казнь состоялась в 1940 году 27 января. Приговор был подписан главой СССР Сталиным. В 1954 году драматурга оправдали. Исаак Бабель стал великим писателем 20 столетия.

Биография по датам и интересные факты. Самое главное.

Детство и юность

При рождении Бабель получил имя, несколько отличающееся от известного: Исаак Маньевич Бобель. Будущий писатель появился на свет в Одессе 12 июля 1894 года. К моменту рождения Исаака в семье Эммануила и Фейги Бабелей уже было двое детей: Аарон и Анна. Вскоре после появления младшего сына Бабели уехали в Николаев. Там будущий писатель прожил до 11 лет.

Писатель Исаак Бабель

Через некоторое время после переезда старшие дети Бабелей умерли, а в 1899 году родилась единственная выжившая сестра Исаака – Мера (Мария). В 1903 году мальчик пытался поступить в Николаевское коммерческое училище им. С. Ю. Витте. Для этого пришлось выдержать 3 экзамена: по русскому языку, по арифметике и даже, несмотря на национальность, по Закону Божию. Поступить не удалось: все испытания Исаак выдержал на отлично, но принять его не смогли, сославшись на отсутствие свободных мест.

Позже Эммануил Бабель подал еще одно прошение о зачислении сына на учебу, и в 1904 году Исаака все же приняли в училище. Отец мальчика был успешным коммерсантом, и капитал, заработанный за годы работы в Николаеве, позволил семье в 1905 году вернуться обратно в Одессу. По настоянию отца, видевшего в сыне продолжателя дела, Бабель попробовал поступить в Одесское коммерческое училище императора Николая I.

Исаак Бабель в детстве с отцом

История вышла аналогичной поступлению в училище в Николаеве. Исаак преодолел «процентную норму» для евреев, но зачислен не был. Приступить к учебе удалось лишь со 2-го раза, через год, который юноша посвятил домашнему образованию.

Причем программа занятий дома была даже насыщенней, чем в училище. До 16 лет Исаак, помимо общеобразовательных предметов, изучал традиционные для юноши из приличной еврейской семьи иврит, Тору и Талмуд. Также Бабель занимался с выдающимся музыкальным педагогом Петром Столярским, у которого обучался игре на скрипке. По словам самого Исаака, в школе он отдыхал.

Исаак Бабель

Учеба давалась одаренному юноше легко, особенно когда дело касалось языков: к окончанию училища Бабель, помимо русского и идиша, владел немецким, английским, ивритом и французским.

В 1912 году Бабель закончил училище, но рассчитывать на поступление в университет в Одессе не мог – не хватало аттестата об окончании гимназии. Пришлось расставаться с семьей, и родители отправили юношу на учебу в Коммерческим институт Киева. Во время Первой мировой войны Исааку из-за эвакуации пришлось уехать еще дальше – в Саратов. К 1916 году он закончил институт, став кандидатом экономических наук.

Литературное наследие

Всего Бабелем написано около 80 рассказов, объединённых в сборники, две пьесы и пять киносценариев.

  • Цикл статей «Дневник» (1918) о работе в ЧК и Наркомпросе.
  • Серия очерков «На поле чести» (1920) на основе фронтовых записок французских офицеров.
  • «Конармейский дневник 1920 года»
  • Сборник «Конармия» (1926), переизд. 1933.
  • Еврейские рассказы (1927).
  • «Одесские рассказы» (1931).
  • Пьеса «Закат» (1928).
  • Пьеса «Мария» (1935).
  • Неоконченный роман «Великая Криница», из которого была опубликована только первая глава «Гапа Гужва» («Новый мир», № 10, 1931).
  • фрагмент повести «Еврейка» (опубликован в 1968 г.).
  • Конармейский дневник 1920 года.

Беня Крик в фильмах

Первая экранизация истории жизни Короля была черно-белой. В 1926 году Владимир Вильнер показывает фильм «Карьера Бени Крика», в которой снялся советский актер Юрий Шумский. В кино показывается одесский бандит, который держит в страхе и уважении весь город. А с началом Октябрьской революции воюет на стороне красных.

В 1990 году по мотивам произведений Бабеля режиссер Владимир Алеников выпустил картину «Биндюжник и Король». У Аленикова присутствует описание взросления Короля. Когда отец Бени Мендель Крик собирается продать конюшню «ради любви», его сын вынужден взять все в свои руки и стать главой семьи. Короля сыграл Максим Леонидов.

Годом ранее на экраны вышел фильм «Искусство жить в Одессе», снятый по мотивам произведения Бабеля. Режиссер Георгий Юнгвальд-Хилькевич изменил дальнейшую судьбу главного героя. В отличие от оригинальной истории, протагонист (Сергей Михайлович Колтаков) не погибает в Гражданской войне, а сбегает за границу.

Об отношении к собратьям-литераторам

Большинству товарищей по цеху Бабель предпочитал общество жокеев, воен­ных и даже чекистов. О последних Бабель, как считается, соби­рался написать роман: в людях он видел литературный материал. В 1928 году Бабель жалуется из Парижа Горькому, что мечтает снова окунуться в «мир»: «Три года живу среди интел­лигентов — и заскучал. И ядовитая бывает скука. Только среди диких людей и оживаю». Вдова Бабеля вспоминала его похвалу в начале знакомства: «Вот вы, молодая и образованная девица, провели с довольно известным писателем целый день и не за­дали ему ни одного литератур­ного вопроса. Почему? — Он не дал мне ответить и сказал: — Вы совершенно правильно сделали». Литературных разговоров, по ее свидетельству, Бабель терпеть не мог.

Исаак Бабель. 1930-е годы

Литературные связи непросто было бы поддержи­вать еще и потому, что Бабель не жил в Москве подолгу, а находился в постоянных разъездах по СССР, соби­рая материал. Он ездил то на Кав­каз, то на Украину, чтобы своими глазами увидеть коллективизацию, то на Донбасс, где он спускался в шахты, подолгу жил в подмосковном селе Молоденове, где располагался конный завод, и даже работал в правлении колхоза. Своей второй гражданской жене Тамаре Кашири­ной он с увлечением описывает день, проведен­ный в Лукьяновской тюрьме с прокурором и следователем, — Бабель присутствовал при допросе двух мужи­ков, убивших селькора украинской газеты: «Это было очень грустно и неспра­ведливо, как всякий человеческий суд, но лучше и достой­нее было мне сидеть с этими жалкими убившими мужиками, чем болтать позорный вздор где-нибудь в городе, в редак­ции…» А сразу вслед за этим он пишет о предвку­шении нового впечатления: полета на истребите­ле со старым товарищем-авиатором.

Отношение к литературе у Бабеля было журналис­тское: с тех пор как Горький отправил его «в люди» набираться опыта  В автобиографии 1924 года Бабель расска­зывал, что в 1916 году, окончив училище, поехал в Петербург обивать пороги редак­ций. Максим Горький напечатал два его рассказа в журнале «Летопись» и отправил за литературной школой «в люди», куда Бабель ушел на семь лет. «За это время я был солдатом на румынском фронте, потом слу­жил в Чека, в Наркомпросе, в продоволь­ственных экспедициях 1918 г., в Северной армии против Юденича, в Первой Конной армии, в Одесском губкоме, был выпускаю­щим в 7-й советской типографии в Одессе, был репортером в Петербурге и в Тифлисе и проч»., он писал только с натуры и о том, что знал досконально. Некото­рая оседлость насту­пила только в 1936 году, когда Бабель полу­чил дачу в строившемся «писатель­ском городке» — Пере­делкино. На эту желанную для многих привилегию Бабель согласился, однако, не раньше, чем убедился, что дачи стоят далеко друг от друга и с собратьями встречаться не придется. 

О еврействе и погромах

Исаак Бабель. 1930-е годы

Отношения с собственным еврейством у Бабеля были сложные. «Я не выбирал себе национальнос­ти, — вспоминает его слова Константин Паустов­ский. — Я еврей, жид. Временами мне кажется, что я могу понять все. Но одного я ни­когда не пойму — причину той черной подлости, которую так скучно зовут антисемитизмом». 

Писатель постоянно обращался к еврейской культуре в своих рассказах — как, например, в рассказе «Шабос-Нахаму» (1918), описы­вающем похождения Гершеле Острополера, реального человека, ставшего фольклорным героем  Гершеле Острополер был придворным шутом одного из главных хасидских цадиков — рабби Баруха из Меджибожа, внука Баал-Шем-Това, основателя хасидизма.. В конце жизни он занимался изданием Шолом-Алейхема  Шолом-Алейхем (1859­–1916) — еврейский писатель и драматург, один из основополож­ников современной художественной литера­туры на идише, в том числе детской.. Гибель еврейства, еврейской культуры и иудаизма — главная тема его Конармейского дневника: армия Буденного воюет с поляками, но обе противоборствующие стороны поочередно устраивают погромы, грабят, насилуют и убивают еврейское насе­ление Галиции, колыбели хасидизма, так же, как до них это делали царские казаки. Парадоксальным образом, современники нередко обвиняли в антисе­митизме самого Бабеля. Ребенком он оказался свидетелем одесского погрома 1905 года, жертвой которого стал его дед, — и позже отправился в поход с казаками-погром­щи­ками под именем Кирилла Васильевича Лютова; свое происхождение писатель скрывает и не пытается помешать бесчинствам, в том числе чтобы не выдать себя. При этом, с ужасом наблюдая реалии рево­люции, Бабель, как и огромное число евреев его поколения, верил в ее идеалы и, опла­кивая гибель своей культуры, считал происходящее неизбежностью.

Его жизнь в 1930-е годы

В 1930 году Бабель путешествовал по Украине и стал свидетелем жестокости насильственной коллективизации и раскулачивания . Хотя он никогда не делал публичных заявлений об этом, он конфиденциально признался Антонине:

По мере того как Сталин усиливал контроль над советской интеллигенцией и постановил, что все писатели и художники должны придерживаться социалистического реализма , Бабель все больше уходил из общественной жизни. Во время кампании против » формализма » Бабель был публично осужден за низкую продуктивность. В то время многие другие советские писатели были напуганы и отчаянно переписывали свои прошлые произведения в соответствии с пожеланиями Сталина. Однако Бабеля это не впечатлило, и он признался своему протеже, писателю Илье Эренбургу : «Через шесть месяцев они оставят формалистов в покое и начнут другую кампанию».

На первом съезде Союза советских писателей (1934 г.) Бабель иронично заметил, что он становится «мастером нового литературного жанра, жанра тишины». Американец Макс Истман описывает растущую сдержанность Бабеля как художника в главе «Молчание Исаака Бабеля» в своей книге 1934 года « Художники в униформе» . Однако, по словам Натали Бабель Браун, его жизнь была терпимой:

В 1932 году по многочисленным просьбам ему разрешили навестить бывшую жену Евгению в Париже . Находясь в гостях у своей жены и их дочери Натали, Бабель мучился над тем, вернуться ли в Советскую Россию. В беседах и письмах к друзьям он выражал стремление стать «свободным человеком», а также выражал страх по поводу того, что больше не может зарабатывать на жизнь исключительно писательской деятельностью. 27 июля 1933 года Бабель написал Юрию Анненкову письмо , в котором сообщил, что вызван в Москву и немедленно уезжает.

Гражданская жена Бабеля Антонина Пирожкова вспоминала эту эпоху,

После своего возвращения в Советский Союз Бабель решил переехать к Пирожковой, заключив гражданский брак, в результате которого родится дочь Лидия Бабель. Он также сотрудничал с Сергеем Эйзенштейном в фильме « Бежин луг» о Павлике Морозове , детском информаторе советской тайной полиции . Бабель также работал над сценариями нескольких других сталинских пропагандистских фильмов.

По словам Натали Бабель Браун, «Бабель приехал в Париж летом 1935 года в составе делегации советских писателей на Международный конгресс писателей в защиту культуры и мира. Он, вероятно, знал, что это был его последний шанс остаться в Европе . Как он это делал много раз за последние десять лет, он попросил мою маму вернуться с ним в Москву. Хотя он знал, что общая ситуация плохая, он, тем не менее, описал ей комфортную жизнь, которую могла бы иметь там семья. вместе. Это была последняя возможность моей матери дать отрицательный ответ, и она никогда не забывала об этом. Возможно, позже это помогло ей полностью оправдать свои страхи и полное недоверие к Советскому Союзу . Моя мать описала мне эти последние разговоры с отцом много раз ».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector